Определение КС РФ от 04.12.2025 № 3214-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы общества с ограниченной ответственностью «Волжский терминал» на нарушение его конституционных прав частями 1 и 4 статьи 2, частями 1 и 2 статьи 3, частями 1 и 4 статьи 4 Федерального закона «О налоге на сверхприбыль»

Суть жалобы:

Общество с ограниченной ответственностью «Волжский терминал» (далее также – ООО «Волжский терминал») в лице конкурсного управляющего оспаривает конституционность следующих положений Федерального закона от 4 августа 2023 года № 414-ФЗ «О налоге на сверхприбыль»:

• части 1 статьи 2, признающей налогоплательщиками налога на сверхприбыль, в частности, российские организации;
• части 4 статьи 2, предусматривающей исчерпывающий перечень лиц, которые не признаются налогоплательщиками данного налога;
• части 1 статьи 3, в соответствии с которой объектом налогообложения признается сверхприбыль, полученная налогоплательщиком;
• части 2 статьи 3, согласно которой сверхприбыль определяется, если иное не установлено этой статьей, как превышение средней арифметической величины прибыли за 2021 год и прибыли за 2022 год над средней арифметической величиной прибыли за 2018 год и прибыли за 2019 год;
• части 1 статьи 4, закрепляющей, что налоговой базой, если иное не установлено данной статьей, является денежное выражение сверхприбыли, определяемой в соответствии со статьей 3 данного Федерального закона;
• части 4 статьи 4, устанавливающей, что налоговая база принимается равной нулю, если средняя арифметическая величина прибыли за 2021 год и прибыли за 2022 год оказалась не более 1 миллиарда рублей, и оговаривающей случай неприменения данного правила.

Как следует из представленных материалов, решением Арбитражного суда Саратовской области от 29 июля 2019 года ООО «Волжский терминал» признано банкротом и в отношении него открыто конкурсное производство.

В 2021 году конкурсным управляющим должника произведена реализация имущества на сумму 11 509 689 802 руб. 34 коп. В связи с тем, что 4 августа 2023 года был принят Федеральный закон «О налоге на сверхприбыль» налоговый орган направил в адрес ООО «Волжский терминал» уведомление от 15 ноября 2023 года о необходимости уплаты налога на сверхприбыль. 25 января 2024 года налогоплательщиком подана в налоговый орган налоговая декларация по налогу на сверхприбыль (сумма исчисленного налога составила 162 075 824 руб.).

По обособленному спору в рамках указанного дела о банкротстве на основании заявления конкурсного управляющего разрешался вопрос об очередности уплаты налога на сверхприбыль за счет имущества должника. Определением Арбитражного суда Саратовской области от 20 марта 2024 года, оставленным без изменения постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 19 июня 2024 года и постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 5 сентября 2024 года, данный вопрос разрешен со ссылкой на изложенную в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 31 мая 2023 года № 28-П правовую позицию относительно очередности удовлетворения требования налогового органа об уплате налога на прибыль организаций от реализации имущества, составляющего конкурсную массу в деле о банкротстве, в системе платежей, осуществляемых в ходе процедуры банкротства организации: требование налогового органа учтено в реестре требований кредиторов ООО «Волжский терминал» в составе требований кредиторов третьей очереди. При этом судами были отклонены доводы участвующих в деле лиц о недопустимости взимания налога на сверхприбыль с прибыли (дохода) от реализации имущества должника в рамках процедуры банкротства, а также доводы о необходимости удовлетворения соответствующего требования после удовлетворения требований всех иных кредиторов в случае признания допустимости взимания этого налога с организации, признанной банкротом.

Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации от 18 ноября 2024 года отказано в передаче кассационной жалобы заявителя для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам этого суда, с чем согласился заместитель Председателя Верховного Суда Российской Федерации в ответе от 17 февраля 2025 года.

По мнению ООО «Волжский терминал», оспариваемые законоположения не соответствуют статьям 8 (часть 2), 19 (часть 1), 34 (часть 1), 35 (части 1 и 3) и 57 Конституции Российской Федерации, поскольку позволяют включать в налоговую базу по налогу на сверхприбыль доходы, которые получены от реализации на торгах имущества, составляющего конкурсную массу, в период, предшествующий введению этого налога, и фактически не являются прибылью должника, притом что от соответствующего налога освобожден широкий круг хозяйствующих субъектов, находящихся в более выгодном экономическом положении, чем организация-банкрот. Кроме того, заявитель усматривает противоречие оспариваемых норм с учетом положений Федерального закона от 20 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» названным статьям Конституции Российской Федерации в той мере, в какой удовлетворение требования налогового органа об уплате налога на сверхприбыль предполагается в составе третьей очереди реестра требований кредиторов.

Позиция Конституционного Суда:

2. Обязанность платить законно установленные налоги и сборы имеет публично-правовой характер, что обусловлено самой природой государства и государственной власти, пониманием налогов как элемента финансовой основы государства. Налоговые правоотношения основаны на властном подчинении и характеризуются субординацией сторон: налогоплательщик не вправе распоряжаться по своему усмотрению той частью принадлежащего ему имущества, которая в виде определенной денежной суммы подлежит взносу в казну, а органы публичной власти правомочны в односторонневластном порядке взыскивать причитающиеся с лица налоговые суммы (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 17 декабря 1996 года № 20-П, от 14 июля 2005 года № 9-П, от 31 марта 2022 года № 13-П и др.).

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации, по смыслу статей 57, 71 (пункт «з») и 75 (часть 3) Конституции Российской Федерации регулирование в сфере налогов и сборов относится к компетенции законодателя, который обладает достаточно широкой дискрецией в выборе направлений и содержания налоговой политики, самостоятельно решает вопрос о целесообразности налогообложения тех или иных экономических объектов, руководствуясь конституционными принципами регулирования экономических отношений (Постановление от 22 июня 2009 года № 10-П и др., Определение от 16 июля 2009 года № 939-О-О и др.). Устанавливая конкретный налог, законодатель – с учетом необходимости ясной и непротиворечивой регламентации законом всех существенных элементов налогообложения – выбирает обусловленные экономическими характеристиками этого налога параметры его элементов, в том числе состав налогоплательщиков и объектов налогообложения, виды налоговых ставок, продолжительность налогового периода, стоимостные или количественные показатели для определения налоговой базы, а также порядок исчисления налога (постановления от 1 июля 2015 года № 19-П, от 28 ноября 2017 года № 34-П, от 21 декабря 2018 года № 47-П и др.; определения от 8 апреля 2004 года № 169-О, от 5 марта 2009 года № 468-О-О, от 19 июля 2016 года № 1485-О, от 24 ноября 2016 года № 2518-О, от 9 июля 2020 года № 1642-О и др.).

Вместе с тем в силу статьи 57 Конституции Российской Федерации, закрепляющей обязанность уплаты лишь законно установленных налогов и сборов, во взаимосвязи с ее статьями 15 и 18 налоговая обязанность должна, среди прочего, пониматься как обязанность платить налоги в размере не большем, чем это предусмотрено законом, а механизм налогообложения должен обеспечивать полноту и своевременность их взимания и одновременно правомерность деятельности уполномоченных органов и должностных лиц (постановления от 28 марта 2000 года № 5-П, от 17 марта 2009 года № 5-П, от 22 июня 2009 года № 10-П, от 3 июня 2014 года № 17-П, от 6 июня 2019 года № 22-П, от 19 декабря 2019 года № 41-П и др.).

Исходя из приведенных правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации дискреция, принадлежащая государству в установлении и прекращении налоговых обязанностей, не позволяет ему вводить необоснованные различия среди налогоплательщиков и действовать вопреки критериям формальной определенности закона и принципу поддержания доверия к действиям властей. Принцип равенства, провозглашенный в статье 19 Конституции Российской Федерации, исключает придание налогам и сборам дискриминационного характера.

Причем равенство здесь понимается прежде всего как равномерность, нейтральность и справедливость налогообложения. Это означает, что одинаковые экономические результаты деятельности налогоплательщиков должны влечь одинаковое налоговое бремя и что равенство нарушается в тех случаях, когда определенной категории налогоплательщиков предоставляются иные по сравнению с другими налогоплательщиками условия, хотя между ними нет существенных различий, которые оправдывали бы неравное правовое регулирование (постановления от 13 марта 2008 года № 5-П, от 22 июня 2009 года № 10-П и др.). В то же время не исключается закрепление различных правовых условий для различных категорий субъектов права, но такие различия не могут быть произвольными и должны основываться на объективных характеристиках соответствующих категорий субъектов, экономически значимых объектов и обстоятельств хозяйственной деятельности (постановления от 27 апреля 2001 года № 7-П, от 12 ноября 2020 года № 46-П, от 31 марта 2022 года № 13-П и др.; Определение от 14 декабря 2004 года № 451-О и др.). Законодатель вправе очертить – сузить или расширить – и круг лиц, на которых распространяются налоговые льготы. Льготы по налогу и основания для их использования налогоплательщиком могут предусматриваться в актах законодательства о налогах и сборах лишь в необходимых, по мнению законодателя, случаях, и, поскольку введение льгот не является обязательным, их отсутствие при определении существенных элементов налога не влияет на оценку законности его установления (постановления от 21 марта 1997 года № 5-П, от 28 марта 2000 года № 5-П, от 2 декабря 2013 года № 26-П и др.).

Решение Суда:

Отказать в принятии к рассмотрению жалобы.