Регистрация или
напомнить
Пожалуйста, проверьте почту
Ввести
Введите эл. почту или логин
Неизвестная почта или логин
Неверный пароль
Введите пароль
СЕГОДНЯ 25 ноября 2017

ГЛАВНАЯ СТРАНИЦА

 

 



Новости

XII Сибирский налоговый форум

08.11.2017

СОБЫТИЕXII Сибирский налоговый форум,
13 октября 2017 г., Кемерово, КемГУ, зал «Звездный»

ОРГАНИЗАТОРЫ:
журнал «Налоговед», Юридический институт КемГУ

Экспертная поддержка – «Пепеляев Групп»

Модератор форума – В.М. Зарипов, зам. главного редактора журнала «Налоговед»
 
 
Открыли форум ректор Кемеровского государственного университета (КемГУ), профессор РАН, докт. техн. наук, председатель Совета ректоров вузов Кемеровской области А.Ю. Просеков и директор юридического института КемГУ, профессор, докт, ист. наук С.О. Гаврилов. Они отметили важность мероприятия для университета, который в этом году стал опорным вузом, и для Сибирского региона в целом.
 
Форум ценен как площадка, где обсуждаются самые актуальные и злободневные вопросы налогового права и его применения, есть возможность обозначить темы для научного исследования и где собирается уникальный состав спикеров и участников – от судей и представителей налоговых органов до юристов компаний и налоговых адвокатов.
 

Тематическая сессия 1 «Правовые пределы налоговой оптимизации»

ВОПРОСЫ СЕССИИ 1:
 
  • «Закон о налоговых злоупотреблениях: кодификация судебных доктрин или новые правила? Трансформация ответственности за фирмы-однодневки»;
  • «Дробление бизнеса – схема или нет?»;
  • «Налоговый контроль цен: официальные разъяснения и реальная практика»;
  • «Фактическое право на доход при применении международных соглашений: поиски российских бенефициаров иностранных сделок».
УЧАСТНИКИ ДИСКУССИИ:
  • А.Л. Потапов, председатель судебного состава Арбитражного суда Кемеровской области;
  • Н.А. Шипицина, руководитель отдела методологии бухгалтерского учета и налогообложения финансовой службы корпорации «ТехноНИКОЛЬ» (Москва);
  • Е.Ю. Голобородова, начальник управления налоговых правоотношений Распадской угольной компании (Кемерово);
  • Е.А. Лысенко, руководитель Сибирского отделения компании «Пепеляев Групп» (Красноярск).
Сессия началась с обсуждения новой ст. 54.1 НК РФ. Прозвучало мнение, что законодатель не столько концептуально изменил регулирование, сколько дал повод для изменений. Принцип должной осмотрительности, который вызывал много вопросов у практиков, заменен на концепцию реальности сделки, совершенной конкретным лицом.
 
Обсуждались письма ФНС России на эту тему, в частности разъяснения по применению норм ст. 45 НК РФ о взыскании задолженности с зависимых лиц1. Основная идея службы – необходимо выявлять случаи контроля одного лица над другим с последующим доказыванием необоснованной налоговой выгоды.
 
Участники сессии также обратили внимание на Методические рекомендации ФНС России и СКР2. В этом документе обобщена практика налоговых и правоохранительных органов по выявлению умышленной формы вины в налоговых правонарушениях. Были высказаны опасения, что налоговые споры переводятся в уголовно-правовую плоскость и тема выявления умысла в действиях налогоплательщика выходит на первый план.
 
Модератор форума поставил вопрос: с учетом новой ст. 54.1 НК РФ должны ли налогоплательщики теперь проверять контрагентов, или ответственность за непроявление должной осмотрительности исключена?
 
Один из выступающих заметил, что конкретного перечня шагов по проверке контрагента в принципе не может быть. По аналогии с проверками доходов, полученных преступных путем, каждый раз должны оцениваться критичность ситуации и существенность рисков. Такую оценку стоит проводить, исходя из уже имеющегося у налогоплательщиков доступа к открытым данным о компаниях.
 
Обсуждая практику, связанную с фирмами-однодневками, участники дискуссии предположили, что «эпохе однодневок приходит конец». Об этом свидетельствует:
  • внедрение АСК НДС-2 (в ходе выездных проверок в 2018 г. будут проверяться периоды, когда уже действовала эта система);
  • обеспечение регистрирующим органом достоверности данных ЕГРЮЛ и ЕГРИП;
  • создание ФНС России разного рода интернет-сервисов;
  • деятельность банков, которых фактически можно признать «агентами» налогового контроля.
Была представлена точка зрения, согласно которой схемы с участием фирм-однодневок трансформируются, переходят в финансовый сектор, при этом используются различные финансовые инструменты, выявить которые налоговым органам пока очень трудно. Практика ЦБ РФ показывает, как регулятор пытается ограничить эти схемы. Теперь директор подобной фирмы, как правило, не бомж, а работающий человек, который в обоснование реальности своей деятельности часто ссылается на рабочую переписку по электронной почте и на использование других современных средств коммуникаций.
 
На этом фоне добросовестные налогоплательщики, своевременно уплачивающие налоги, пока продолжают отвечать за контрагентов. Если возник спор, налогоплательщик должен не столько доказать реальность своей деятельности, сколько опровергнуть доводы налогового органа и представленные им доказательства нарушений в деятельности контрагента. Причем зачастую эти доказательства ненадлежащие: например, данные предоставляются на носителях, которые нельзя признать документами; протоколы допроса составляются по вопросам, удобным для налогового органа, а протоколы с неудобными ответами свидетеля изымаются из материалов проверки.
 
Представители бизнеса поделились опытом: «Мы сами проводим допрос свидетеля, уже допрошенного налоговым органом, но теперь у нотариуса. О времени и месте допроса извещаем налоговый орган. Таким доказательством в дальнейшем можно опровергнуть первичный протокол допроса».
 
Нельзя забывать, что налогоплательщик, проявивший должную осмотрительность и запросивший информацию и документы у контрагентов, может и не получить ответа. Ссылаясь на налоговую, коммерческую и т. п. тайну, защиту персональных данных, контрагент вправе отказать.
 
Почему налоговые органы не идут к тем, кто стоит за недобросовестным контрагентом? Этот вопрос прозвучал не в одном выступлении. Налогоплательщики собирают и представляют доказательства нарушений в деятельности недобросовестных лиц, участвующих в цепочке сделок, но реакции налоговой службы на эти нарушения нет. Возможно, потому, что с таких контрагентов нечего взыскать?
 
По вопросу ответственности за контрагента много обращений поступает и в КС РФ, которому понятны мотивы налоговых органов: для НДС должен быть сформирован источник в бюджете – если цепочка уплаты налога прерывается, то и в бюджете не остается средств на его возмещение. Но понятно также, что действующего нормативного регулирования и механизмов администрирования пока недостаточного.
 
Средний и малый бизнес интересует прежде всего вопрос «Дробление бизнеса – схема или нет?». Участники дискуссии обратили внимание, что средний бизнес, зачастую семейный, не первый год проходит налоговую проверку, но в какой-то момент используемая модель ведения деятельности стала признаваться незаконной. При этом налоговые органы не отрицают реальности самого бизнеса, рациональности его дробления. Вместе с тем решающее значение теперь имеет наличие цели оптимизации налогов с помощью специальных налоговых режимов, что меняет для предпринимателей налоговые последствия.
 
Письмо налоговой службы по дроблению бизнеса3 участники сочли подробным и интересным для налогоплательщиков, поскольку в нем сделаны выводы о взаимозависимости, кондуитных, технических компаний, распределении ролей и функциональном анализе бизнесе, а также приведены примеры судебных дел. В этом же письме рассмотрен вопрос о налоговой реконструкции – определении реальных обязательств налогоплательщика, которому вменено злоупотребление правом. Как заметил один из спикеров, предложенный подход стоило бы распространить и на случаи, не связанные с дроблением бизнеса.
 
Согласно правовой позиции КС РФ4 действующее законодательство не предполагает толкования, при котором деятельность налогоплательщика оценивается выборочно. В рассмотренной Судом споре выявлено, что налогоплательщик работал в убыток: применял заниженные цены в цепочке сделок. Но у него были и сделки с неаффилированными лицами, которые налоговый орган не проверил, не оценил применяемые в этих сделках цены. Инспекция, доначисляя налоги, также не учла факт уплаты налогов аффилированными лицами.
 
Напрашивается вывод, что налоговый орган действовал избирательно. В итоге налогоплательщик на момент рассмотрения дела в КС РФ находился на стадии банкротства, в отношении руководителя компании было возбуждено уголовное дело. Еще больше подсвечивает имеющиеся проблемы регулирования мнение судьи КС РФ К.В. Арановского по этому делу.
 
Налогоплательщикам не стоит использовать спецрежимы для оптимизации налогов, но и налоговым органам нужно оценивать эффективность их применения, сравнивая с другими возможностями в сфере деятельности налогоплательщика. В любом случае должна выявляться суть дробления бизнеса: не остался ли фактически один хозяйствующий субъект, который ведет деятельность формально в разных компаниях?
 
Участники обсуждения также указали на то, что органы местного самоуправления по закону обязаны поддерживать малый бизнес, для чего выделяются бюджетные средства. На этом фоне проверки налоговых органов, которые производят доначисления в связи с признанием неправомерным применения спецрежима, идут вразрез с официальной политикой.
 
Был сделан вывод о фискализации деятельности контролирующих госорганов и фискальном крене в государственной политике в целом. Играя на противоречиях в разных отраслях законодательства, подзаконных актов, налоговые органы и суды все чаще принимают решения в пользу бюджета. По многим вопросам практика меняется на противоположную: старые правила интерпретируются в пользу государства, делаются попытки применить ограничительное толкование норм о налоговых льготах. В такой ситуации было бы правильным дать бизнесу время подстроиться под новые правила. Контролирующие органы должны доводить новую практику до налогоплательщиков, тем более что это входит в их обязанности. В то же время неясно, как должна и будет ли использоваться ранее сформированная практика - это вопрос, возможно, и для КС РФ.
 
Интересный аспект участники выявили в практике применения специального раздела НК РФ о контроле за трансфертным ценообразованием (ТЦО). Территориальные налоговые органы проводят проверки, ссылаясь на то, что налогоплательщик манипулирует ценами для получения необоснованной налоговой выгоды. Таким образом они обходят установленное в НК РФ ограничение, по которому проверки ТЦО – это прерогатива ФНС России.
Верховный Суд РФ по этому вопросу ограничился указанием на то, что отклонение цены сделки от рыночной не может рассматриваться как необоснованная налоговая выгода, если такое отклонение несущественно и о необоснованности выгоды не свидетельствует совокупность доказательств5.
 
Рассмотрены судебные дела, где территориальные налоговые органы реализуют право ФНС России на контроль ТЦО6 и доначисляют налоги расчетным методом. Несмотря на то что с 2017 г. беспроцентные займы исключены из списка контролируемых сделок, а Минфин России в письме от 23.03.2017 № 03-03-РЗ/16846 указал, что доначисления возможны только в случае контролируемого займа, в судебной практике есть негативные для налогоплательщиков решения7.
 
В итоге контролируемые сделки ФНС России фактически не проверяются, а неконтролируемые – контролируются территориальными налоговыми органами. При этом гарантии и защита, предусмотренные НК РФ для контролируемых сделок, к неконтролируемым не применяются. А значит, сделки с зависимыми лицами остаются рисковыми и находятся под контролем налоговых органов, даже если они не подпадают под контролируемые в рамках проверок ТЦО. Во время обсуждения было высказано предложение предусмотреть в законодательстве возможность симметричной корректировки по аналогии с нормами НК РФ о контролируемых сделках. По мнению выступающих, вследствие этой меры желание налоговых органов проводить такие проверки намного уменьшится.
 
И наконец, на первой сессии была рассмотрена еще одна тема– увод доходов из-под налогообложения в РФ с использованием международных соглашений об избежании двойного налогообложения (СИДН).
 
Выплата роялти, дивидендов под видом процентов по займам, перевод капитала в офшор и выплата дивидендов через компанию-кондуита – это, по сути, агрессивная налоговая оптимизация с использованием пониженной ставки налога, в большинстве случаев не имеющая признаков обоснованной налоговой выгоды.
 
По закону налоговыми льготами может пользоваться только лицо, имеющее фактическое право на доход. На практике установить такое лицо довольно трудно: этому мешают многостадийность операций и сделок, ограниченный срок налоговой проверки. Возникает вопрос: если тот, кто имеет фактическое право на доход, не установлен, вправе ли налоговый орган вернуться к началу цепочки и предъявить претензии российскому налогоплательщику?
 
Представлены разные мнения, одно из которых связывает такое право с установлением таких косвенных признаков, как вывод капитала в иностранную юрисдикцию, смена участника компании непосредственно перед тем, как был получен положительный результат, и т. п. Но этот подход сомнителен даже с точки зрения процедуры доказывания.
 
Другая позиция – считать конечным получателем дохода лицо, находящееся в юрисдикции, с которой у России заключено СИДН. Но и такой подход несовершенен, поскольку есть практика, когда из закрепленного в ст. 7 НК РФ термина «фактический получатель дохода» делается вывод, что тот, к кому предъявлены налоговые претензии, представляет собой лишь транзитную компанию для передачи спорного дохода.
 
К тому же в случаях с этими подходами есть риск, что они будут применены к реальным инвесторам в российскую экономику.
 
Еще один вариант – доказывать отсутствие права на пониженную ставку налога путем установления кондуитной компании в цепочке сделок (неконечного бенефициара). В законодательстве и практике РФ пока нет признаков таких компаний. Они закреплены в Комментариях к Модельной конвенции ОЭСР по налогам на доход и капитал, на которые российские налоговые органы и суды вправе ссылаться как на источник общепринятого толкования.
 
Участники сессии обратили внимание, что налоговые юристы должны быть осведомлены о существующих способах построения бизнеса и не должны скрывать от обратившихся за консультацией компаний возможных рисков.

Тематическая сессия 2 «Налоговое администрирование и налоговые споры»

ВОПРОСЫ СЕССИИ 2:
 
  • «Ключевые решения КС РФ по налогам»;
  • «Практика судов общей юрисдикции по взысканию налоговой задолженности и привлечению к административной ответственности за налоговые правонарушения»;
  • «Профилактика налоговых правонарушений»;
  • «Проблемы доказывания при досудебном урегулировании налоговых споров»;
  • «Онлайн-кассы: риски, ответственность и защита»;
  • «Передача сальдо страховых взносов из ПФР в налоговые органы: проблемы технические – последствия практические».
УЧАСТНИКИ ДИСКУССИИ:
 
  • Е.В. Тарибо, начальник Управления конституционных основ публичного права КС РФ, канд. юрид. наук;
  • О.В. Гречановская, судья Центрального районного суда г. Кемерово;
  • Е.П. Латышенко, Уполномоченный по защите прав предпринимателей Кемеровской области;
  • Ю.А. Дорошенко, председатель Комитета по малому и среднему бизнесу Кузбасской ТПП, генеральный директор компании «КОЛТА»;
  • О.О. Бойкова, преподаватель кафедры экономической теории, налогообложения, предпринимательства и права Института экономики и управления КемГУ;
  • В.А. Сырбо, доцент кафедры гражданского права КемГУ, канд. юрид. наук.
В настоящее время проводится реформа контрольно-надзорной деятельности. В этой реформе участвуют 12 государственных органов, включая ФНС России. Ее итогом должен стать переход от оценки госорганов по количеству собранных сумм штрафов, доначислений к безопасности бизнеса, соблюдению всеми участниками правовых норм и сервисному партнерству. До конца 2017 г. все участвующие в реформе госорганы должны опубликовать на своих сайтах четкие требования к проверяемым субъектам, а также проверочные листы.
 
ФНС России одна из первых подключилась к разработке риск-ориентированного подхода, опубликовала критерии рисков, при наличии которых налогоплательщик включается в план выездных проверок. Служба издала Приказ от 03.04.2017 № ММВ-7-2/278@ с перечнем правовых актов, которые территориальные органы должны оценивать в рамках мероприятий налогового контроля.
 
Но на практике видно, что новый подход внедрен далеко не везде. В качестве примера приведен такой случай. Налоговый орган письмом-предупреждением уведомил контрагента о том, что лучше не иметь отношений с данным предпринимателей, т.к. он имеет признаки транзитной компании. Такой вывод не основывался на результатах налоговой проверки или судебного решения, а бизнес предпринимателя был поставлен под угрозу.
 
Возникает вопрос не только о несоответствии действий налогового органа, но и о нарушении им законодательства о защите конкуренции (предприниматель не был допущен к конкурсу, проводившемуся его контрагентом).
 
Один из выступающих предложил ФНС России разработать четкий перечень признаков недобросовестной компании, чтобы исключить подобные ситуации. Стоит исходить из добросовестности и бизнеса, и налоговых органов и считать, что введение новых правил направлено на борьбу с недобросовестными налогоплательщиками.
 
Отдельно были рассмотрены проблемы предпринимателей, вызванные передачей администрирования страховых взносов от ПФР налоговым органам8. Данные переданы автоматически в электронном виде, и из-за многочисленных технических ошибок у плательщиков взносов образовалась недоимка, которой на самом деле нет. «Машина по взысканию» работает эффективно, поэтому многие плательщики получили требование об уплате недоимки, а с кого-то эту недоимку взыскали. Известны также случаи, когда плательщикам из-за этой задолженности отказывали в участии в госзакупках, торгах, конкурсах.
 
Наверное, можно было предвосхитить ошибки переходного периода и проявить должную осмотрительность? И неурегулированность такой ситуации в законодательстве не лишает налоговый орган права решить проблему на уровне правоприменения. Так, исходя из того, что право на принудительное взыскание недоимки возникает по истечении срока на уплату задолженности в добровольном порядке (по требованию), налоговый орган мог бы запросить в Пенсионном фонде РФ справки или решения по недоимке, подтверждающие ее реальность.
 
Непонятен и формальный подход налоговых органов: они отказывали плательщикам взносов в принятии справок ПФР «на бумаге», ссылаясь на установленный электронный документооборот.
 
Действовал бы так неторопливо госорган, если бы ситуация была не в пользу бюджета? И какие последствия для него возникнут, если бюджет понесет дополнительные расходы в виде уплаты процентов за незаконно взысканные суммы, в виде судебных расходов плательщиков, в виде упущенной выгоды от незаконных действий (бездействия) налоговых органов и фонда и т. д.?
 
Отмечен конструктивный и лояльный подход ФНС России к разрешению вопросам, связанным с переходом на онлайн-кассы. Практика только формируется, в частности неясно, как будет пониматься термин «неприменение контрольно-кассовой техники». Непонятен статус писем Минфина России, в которых делается вывод об отсутствии каких-то обязанностей у предпринимателей, а соответственно, и административной ответственности. Участиники, между тем, не исключили, что в последующем налоговые органы придут к противоположному выводу. 
 
Очевидно одно: онлайн-кассы войдут в оборот, будут применяться всеми субъектами предпринимательства, а значит, надо заранее готовиться, изучать законодательство и подзаконные акты, знать новые обязанности и меры ответственности.
 
Горячая дискуссия развернулась по вопросу о доказывания в процессе досудебного урегулирования налогового спора. В Налоговом кодексе РФ нет определения термина «доказательства», не установлено обязанности по доказыванию, из-за чего возникают практические проблемы. Все чаще споры ведутся не вокруг норм материального права, а об оценке доказательств.
 
Так, налоговый орган в ходе проверки имеет возможность получать информацию о деятельности контрагента проверяемого налогоплательщика, в частности о движении денежных средств на его счетах. При этом к материалам проверки прикладывается выписка из выписки банка. В арбитражном процессе налогоплательщик вправе обратиться к суду с ходатайством об истребовании доказательств у другой стороны спора (в данном случае – об истребовании полной выписки). На досудебной стадии такой возможности у налогоплательщиков нет. Похожая ситуация с выписками из книг покупок и продаж контрагентов налогоплательщика.
 
Можно ли в подобных случаях говорить о соблюдении принципа состязательности на стадии досудебного урегулирования налогового спора?
 
Был приведен пример, когда нарушался принцип непосредственного исследования и оценки доказательств. Речь шла в первую очередь о показаниях свидетелей. Фактически доказательством становится не само показание свидетеля, а протокол его допроса. Налогоплательщик, поскольку он не присутствует на допросе, который проводится налоговым органом, лишен возможности задать свидетелю вопросы и вносить замечания к протоколу. Известны случаи некорректных вопросов налоговых органов и некорректного отражения показаний свидетелей в протоколе допроса – в пользу того, что в действиях налогоплательщика имеются признаки правонарушения.
 
Налогоплательщиков недостаточно информируют о количестве и качестве материалов проведенной проверки. При этом они и сами допускают злоупотребления: не всегда на досудебной стадии, на этапе проверки представляют все необходимые документы.
 
В НК РФ, в отличие от АПК РФ, не установлено требование об относимости и допустимости доказательств. В свое время Пленум ВАС РФ, оценивая существенность нарушения процедуры налоговой проверки, указал, что регулирующие ее нормы должны содержать не меньший объем прав для сторон, чем есть в судебном споре9.
 
Проблема должна быть решена законодателем, признали участники дискуссии. А ФНС России стоит подготовить рекомендации для налоговых органов по формированию материалов налоговой проверки. Иначе налогоплательщикам остается только одно – как можно полнее формировать доказательственную базу на досудебной стадии, в том числе альтернативными способами.
 
Поскольку увеличивается налоговая нагрузка и на налогоплательщиков – физических лиц, в повестку форума включен вопрос о практике взыскания налоговых недоимки, пеней и штрафов судами общей юрисдикции.
 
КАС РФ предусматривает два способа понудить физическое лицо к уплате налога: выдача судебного приказа и вынесение решения суда в порядке искового производства.
 
Только мировыми судьями Центрального района г. Кемерово в первом полугодии 2017 г. рассмотрено 723 дела о выдаче судебного приказа. Взыскано свыше 133 млн руб. и чуть более 217 тыс. руб. госпошлины с ответчиков (как известно, налоговые органы от уплаты госпошлины освобождены). Основная масса судебных приказов не отменяется. Это означает, что должники согласны с недоимкой, но по каким-то причинам не уплатили ее самостоятельно.
 
Отмененные судебные приказы по жалобам налогоплательщиков (в Центральном районном суде в указанный период – 22) трансформируются в иски налогового органа о взыскании недоимки. При этом налогоплательщики в суд не являются, суд рассматривает дела в порядке упрощенного судопроизводства. И, как правило, принятое решение уже не оспаривается ответчиком.
 
Чаще всего налогоплательщики, обращаясь к мировому судье за отменой судебного приказа, ссылаются на формальные основания: на то, что не получали этого документа. Доводов об отсутствии оснований для начисления налога не приводится. Но этого и не требуется: по нормам КАС РФ и ГПК РФ достаточно заявить требование отменить судебный приказ.
 
Порой налогоплательщики крайне пренебрежительно относятся к исполнению обязанности по уплате налогов, затягивают сроки и т. п. Ошибки допускают и налоговые органы – часть исковых заявлений суд возвращает для устранения процессуальных нарушений. Есть проблема также с соблюдением срока на обращение в суд, нередко налоговыми органами подаются ходатайства о его восстановлении.
 
Суд занимает активную позицию в споре и использует право направлять запросы для выяснения всех обстоятельств дела. Не стоит забывать, что даже выдача судебного приказа требует от судьи рассмотрения материалов дела, то есть временных затрат.
 
При такой практике, возможно, следует разработать механизм, который позволит налоговым органам самостоятельно, вне судебного процесса произвести взыскание недоимки с физического лица? Социальное и материальное положение физических лиц, уровень их правовой грамотности пока не позволяют изменить действующий порядок. Но этот вопрос рано или поздно будет поднят и придется решать, как защитить налогоплательщиков от возможных злоупотреблений налоговых органов и сделать правовую защиту действительно доступной.
 
Похожая ситуация в судах и по вопросу привлечения к административной ответственности по ст. 15.5 и 15.6 КоАП РФ. Наказание за непредставление в срок налоговой декларации и документов по запросу – штраф от 300 до 500 руб.
 
Подавляющая часть таких дел рассматривается судами в отсутствие физического лица, штраф уплачивается практически сразу после вынесения решения. При этом правонарушения, составы которых установлены другими статьями КоАП РФ с более серьезной мерой ответственности, налоговые органы рассматривают самостоятельно, без обращения в суд.

Тематическая сессия 3 «Реальное взыскание налоговых долгов»

ВОПРОСЫ СЕССИИ 3:
 
  • «Продажа бизнеса, мнимая и реальная: дело „Королевской воды“ и др.»;
  • «Имущественная ответственность владельцев и руководителей бизнеса»;
  • «Налоги и банкротство»;
  • «Практика уголовной ответственности за сокрытие имущества от взыскания налогов».
УЧАСТНИКИ ДИСКУССИИ:
  • Т.Г. Лукьянова, председатель судебного состава Арбитражного суда Кемеровской области;
  • Н.Г. Умыскова, судья Арбитражного суда Кемеровской области;
  • С.В. Вахрушев, заместитель руководителя Управления ФНС по Кемеровской области;
  • Ф.Ф. Сулейманова, руководитель 3-го отдела по расследованию особо важных дел Следственного управления СКР по Кемеровской области;
  • Ю.В. Литовцева, руководитель практики банкротства и антикризисной защиты бизнеса «Пепеляев Групп» (Москва), канд. юрид. наук.
Началась сессия с обсуждения практики налоговых органов по выявлению «налогового клонирования» – ситуаций, когда недобросовестные налогоплательщики, пытаясь уйти от взыскания недоимки, переводят бизнес в другие компании. Формально все легально, но налоговые органы, используя ст. 45 НК РФ, нормы о взаимосвязанности, подконтрольности лиц, взыскивают недоимку с новой компании. Такую практику нужно отслеживать и учитывать в своей деятельности и добросовестным налогоплательщикам, как рекомендовал один из выступающих.
 
Налоговые органы успешно доказывают взаимозависимость, а суды им в этом помогают: определяют критерии, привлекают лиц к субсидиарной ответственности. Банкротство стало одним из приоритетных направлений деятельности налоговой службы. Не секрет, что инициатор всех недавних поправок в Федеральный закон от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве)10 – ФНС России, территориальные органы которой теперь самые активные и даже агрессивные кредиторы в делах этой категории11. Участники дискуссии отметили активность налоговых органов, их профессионализм, своевременный учет изменений законодательства, глубокую проработку исков в делах о банкротстве.
 
Конечно, бизнес встревожен происходящим. Письмо ФНС России от 16.08.2017 № СА-4-18/16148@ с разъяснениями новых норм вызвало много вопросов12.
 
Присутствующие на сессии обратили внимание на проблемы, которые могут возникнуть и у налоговых органов, и у судов, и у налогоплательщиков при применении новых норм Закона о банкротстве.
 
Инициировать дело о банкротстве стало возможно и по не подтвержденным судебным решением страховым платежам, по НДФЛ (задолженность второй очереди), доказывать наличие задолженности – с помощью материалов налоговых проверок, то есть протоколов допросов и других подобных доказательств.
 
Привлечь к ответственности теперь можно лицо, далекое от получения доходов компании-банкрота, например, корпоративного секретаря. Усилилась ответственность номинальных директоров. Суд вправе не ограничиваться перечисленными в Законе о банкротстве основаниями для привлечения к ответственности и самостоятельно выявлять варианты влияния одного лица на другое.
 
Срок давности – три года – исчисляется с момента, когда возникли признаки неплатежеспособности компании, но этот момент очень сложно установить.
 
Очевидно снижение стандарта доказывания вины: оно сведено к минимуму. Практически вина руководителя предполагается, и именно он должен доказать свою невиновность. Это касается и налоговой задолженности компании.
 
Требуют оценки КС РФ новые положения Закона о банкротстве в части обратной силы материальных норм.
 
Законом предусмотрена возможность заключения мирового соглашения, однако обозначенные условия создают к этому препятствия. Так, введено излишнее требование, чтобы условия мирового соглашения были единогласно одобрены всеми участниками дела о банкротстве со стороны заявителя, притом что зачастую это не одно лицо, а несколько с разным количеством голосов.
 
Участники затронули вопрос о вступлении в процесс на ранних стадиях третьих лиц, поскольку практика разная. Лицо должно доказать наличие интереса в деле о банкротстве, что его права могут быть нарушены.
 
Судьи только начинают осваивать новые нормы. Принять решение о взыскании с конкретного физического лица больших сумм всегда трудно и понятно, что ситуация непростая. Поэтому важная роль отводится кредиторам и их представителям, которые должны занимать активную позицию в делах о банкротстве. Пока же лица, контролирующие должника, занимают в основном пассивную позицию, хотя еще на стадии наблюдения они могут действовать, заявлять возражения. Когда заявление о привлечении должника к субсидиарной ответственности рассматривается по существу, включаться поздно.
 
До возбуждения дела о банкротстве по иску налогового органа проходит много времени, в течение которого принимаются различные меры по взысканию задолженности. «Банкротных» дел по заявлениям налоговых органов порядка 10% от общего количества дел этой категории. Но, поскольку налоговым органам теперь передано администрирование страховых взносов, количество дел о банкротстве может увеличиться. Только по Кемеровской области общая сумма задолженности составляет около 14 млрд руб. Связано это с тем, что по части задолженности истекли сроки бесспорного взыскания. Во избежание таких последствий нужны поправки в законодательство, которыми будут введены переходный период для передачи данных пенсионного фонда в налоговую службу, а также отсрочка по уплате задолженности по страховым взносам, образовавшаяся до передачи администрирования ФНС России.
 
В заключение участники высказали предположение, что законодатель неспроста усиливает и изменяет подходы к делам о банкротстве. Его цель – стимулировать руководителей компаний, собственников не нарушать законы, правомерно вести деятельность, корректно вести налоговый учет.
 
В ходе обсуждения замечено, что применение ст. 47 НК РФ о взыскании налоговой задолженности за счет иного имущества налогоплательщика позволяет налоговым органам контролировать движение средств по его счетам и т. п. Если выявляются признаки сокрытия имущества (денежных средств) от взыскания, материалы передаются в правоохранительные органы.
 
Уголовная ответственность за сокрытие имущества от взыскания налоговых долгов (ст. 199.2 УК РФ) стала завершающей темой третьей сессии форума. Выявлять такие преступления довольно просто на основе информации налоговых органов, которые ведут постоянный мониторинг движения средств по счетам налогоплательщиков. 
 
Субъект ответственности – руководитель или лицо, фактически осуществляющее руководство компанией. Как только налогоплательщику стало известно о поручении налогового органа о взыскании денежных средств со счета, направление контрагентам писем о том, куда перевести денежные средства, незаконно. Довод привлеченного к ответственности лица о сохранении бизнеса не должен быть голословным. Нередко в ходе следствия выясняется, что, даже не учитывая других обязательных платежей (коммунальных и т. п.), суммы скрытых от взыскания денежных средств было бы достаточно для погашения налоговой задолженности.
 
ЛОТЕРЕЯ
 
По завершении работы форума традиционно проводится интеллектуальная лотерея «Библиотека профессионала». Это уникальная возможность выиграть одну из книг по налогам и праву, изданных при поддержке «Пепеляев Групп».
 
Специальный приз – годовая подписка на журнал «Налоговед».

1 Письмо ФНС России от 19.12.2016 № СА-4-7/24347@.
2 Методические рекомендации об исследовании и доказывании фактов умышленной неуплаты или неполной уплаты сумм налога (сбора) (направлены нижестоящим налоговым органам письмом ФНС России от 13.07.2017 № ЕД-4-2/13650@).
3 Письмо ФНС России от 11.08.2017 № СА-4-7/15895@.
4 Определение КС РФ от 04.07.2017 № 1440-О по жалобе гр. С.П. Бунеева.
5 Обзор практики рассмотрения судами дел, связанных с применением отдельных положений разд. V.1 и ст. 269 НК РФ (утв. Президиумом ВС РФ 16.02.2017).
6 См., например: Постановление АС ДО от 25.08.2017 по делу № А04-9989/2016.
7 Постановления АС ВВО от 14.10.2015 по делу № А29-10095/2014 (Определением судьи ВС РФ от 10.02.2016 отказано в передаче дела в СКЭС); АС ЗСО от 28.12.2015 по делу № А81-165/2015.
8 См. об этом также: Семкина Е.И. Техническая ошибка передачи сальдо по пенсионным взносам: чья проблема? // Налоговед. 2017. № 11. С. 23–29.
9 Постановление Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах».
10 Федеральные законы от 28.12.2016 № 488-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» и от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон „О несостоятельности (банкротстве)“ и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях».
11 См. об этом также: Пепеляев С.Г. Массу в кассу // Налоговед. 2017. № 10. С. 4–5.
12 См.: Обзор судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве (утв. Постановлением Пленума ВС РФ от 20.12.2016 № 59).
 

 


просмотров 166