Регистрация или
напомнить
Пожалуйста, проверьте почту
Ввести
Введите эл. почту или логин
Неизвестная почта или логин
Неверный пароль
Введите пароль
СЕГОДНЯ 18 августа 2017

ГЛАВНАЯ СТРАНИЦА

 

 



Должны ли дружить следователь и инспектор?

Вадим Зарипов
09.12.2013


Внесенный Президентом в Госдуму законопроект об упрощенном порядке возбуждения уголовных дел по налоговым преступлениям вызвал бурю возмущения у бизнес-сообщества. В результате самим инициатором было предложено постараться найти «соломоново решение» – разумный компромисс. Видимо, чтобы «перестать кошмарить правоохранительные органы», но не распугать предпринимателей окончательно.

Как я и прогнозировал, непродуманное до конца, хотя и оправданное решение о запрете «самовозбуждения» – см. «Ответственность за налоговые преступления отменяется?» – привело к новому витку эскалации в отношениях государства и налогоплательщиков.

«Соломоново решение» по этой застарелой проблеме вряд ли может быть простым. Необходимо добиться значительных изменений в законодательстве и работе государственных органов.

Для этого в первую очередь следует четко разграничить полномочия налоговых и правоохранительных органов. Первые выявляют неуплату налогов, возникающую, как правило, вследствие неправильной квалификации хозяйственных операций или неправильного толкования Налогового кодекса, вторые – уклонение, которое совершается путем сокрытия выручки, выплаты зарплат в конвертах, создания фиктивных затрат и т.п. Разграничению полномочий поможет введение в законодательство и практику понятия «уклонение от уплаты налогов» (это возможно на уровне разъяснений Верховного Суда, но лучше – Уголовном кодексе).

Следует признать, что уклонение – это не просто неуплата налогов, а введение налоговых органов в заблуждение (другими словами – обман, мошенничество) относительно наличия налоговых обязательств с целью с целью затруднить выявление недоимки при осуществлении налогового контроля и тем самым избежать уплаты налогов. Поэтому под уклонением от уплаты налогов следует понимать неотражение фактов хозяйственной жизни в первичных документах, непредставление налоговой декларации или иного документа налоговой отчетности, включение в указанные документы заведомо ложных сведений, а также иное введение налоговых органов в заблуждение о наличии налогоплательщика или о существовании у него обязанности по уплате налога.
На основе такого определения можно создать здоровую конкуренцию между двумя государственными органами. По крайней мере, это лучше, чем когда следователь и налоговый инспектор дружат вместе против бизнеса. Если следователь имеет сведения о каких-то действиях, имеющих признаки налогового преступления, он должен сделать запрос в налоговый орган для получения предварительного заключения (такую обязанность необходимо закрепить в УПК как условие возбуждения уголовного дела). В мотивированном заключении налоговый орган (региональное управление, а по крупнейшим налогоплательщикам – ФНС), на основе полученных от следователя материалов (необходимо законодательно закрепить возможность передачи таких материалов) должен дать ответ на три вопроса:

1)    имеются ли признаки возникновения недоимки;
2)    имеются ли признаки нарушения налогового законодательства;
3)    имеются ли признаки введения налогового органа в заблуждение о наличии налогоплательщика или о существовании у него обязанности по уплате налога.

Если все три ответа положительные, то это «добыча» следственного органа – он получает право возбудить дело и его расследовать. Если же третий «тест» не пройден, то тем самым налоговый орган оставляет за собой право «разобраться» в дальнейшем с этим налогоплательщиком.

Копия заключения не позднее следующего дня со дня его составления должна вручаться налогоплательщику, в отношении которого имеются подозрения в уклонении от уплаты налогов (организации или физическому лицу).

Налогоплательщику законом должно быть предоставлено право в арбитражном суде, а не в суде общей юрисдикции (если речь идет о неуплате налогов с организаций и индивидуальных предпринимателей) оспорить такое заключение. При этом обоснованность заключения в соответствии с правилами административного судопроизводства должен доказать налоговый орган, а налогоплательщик вправе опровергать аргументы и доказательства налогового органа о наличии признаков недоимки, нарушения законодательства и обмана налогового органа. Если арбитражный суд с учетом представленных ему материалов признает решение налогового органа необоснованным в части третьего «теста», то возбужденное уголовное дело подлежит немедленному прекращению в связи с утратой правовой силы заключения и, соответственно, ввиду отсутствия оснований для возбуждения дела. Такой механизм сдержек и противовесов позволит исключить необоснованное возбуждение уголовных дел, но не будет создавать непреодолимых препятствий для расследований в тех случаях, когда это действительно нужно (содержание и порядок выдачи заключения, а также порядок его обжалования необходимо закрепить в НК РФ, например, в ст. 35.1 «Заключение налогового органа»).

Кроме того, снижению неоправданно высокого риска возбуждения уголовного дела будет способствовать изменение порогов крупного и особо крупного размера неуплаченных налогов как квалифицирующих признаков. Пороги необходимо установить в процентном отношении к сумме налогов, подлежавших уплате за те же периоды, или, например, уплаченных в предыдущие три года – это было бы справедливо по отношению к тем компаниям, которые вносят большой вклад в бюджеты и существуют на рынке не первый год.
 

просмотров 2084

Добавить отзыв

Возможность добавлять отзывы есть только у зарегистрированных пользователей – подписчиков журнала «Налоговед». Зарегистрироваться.